May 13th, 2013

#13 : Школа языка

Вышел в свет выпуск [Транслит] : Школа языка

cover13Каковы отношения поэзии с языком? Казалось бы, этот вопрос можно назвать риторическим, но вместе с тем, если попробовать добиться хотя бы двух ответов на него, легко убедиться, что это будут взаимоисключающие теории знака (а также экономика речи, топология языка, политика референта и политэкономия поэзии как института). Именно поэтому ответ на него обречен носить столь же риторический и множественный характер. Можно сказать, что поэзии никогда не вредит внимание к (своему) языку, но в то же время многие — от наивного читателя до самых изощренных авангардистских программ — добивались от поэзии некоей транзитивности, что в известной степени аналитичности «нереференциального письма» противоречит. И в любом случае, являющееся и необходимой питательной средой и одновременно опасностью для поэзии, внимание к языку грозит сделать ее, что называется, умственной, избыточно сложной и «не греющей душу». И уж наверняка это имеет отношение к поэтической школе, назвавшей себя школой языка. Но даже если и так, лингвоцентричная поэзия — это в том числе выбор одного из фронтов в давнем споре ремесла и мысли, которая разворачивается как в поэзии, так и в «изобразительных» и предположительно тех искусствах, о которых мы знаем меньше. И эта линия всегда была связана с рефлексией — методологически, с эссеистичностью — жанрово, с теорией — дисциплинарно, с дискурсивным сообществом — институционально. И в этом смысле речь идет о безусловно и по преимуществу поэзии авангардной.

И как всякий авангард единственное в чем не сомневается такая поэзия — это сомнение в своих основаниях — материальных и медиальных, социальных и идеологических. Внимание (оно же подозрение) к медиуму во всех смыслах, от самых телесных (дыхание, голос — Ч. Олсон), включая традиционные и потому незаметные (бумага — в эссе С. Огурцова) и вплоть до электронных (новые медиа — у М. Перлофф). Безусловно, не стоит забывать и о — семиотическом — микроуровне медиального: эта поэзия наследует неотменимому маллармеанскому императиву «поэзия состоит не из идей, а из слов».Говоря иначе, язык материален и первичен, и все переживаемое есть напряжение и отношение букв и буквенных кластеров, одновременно борющихся со значениями и отказывающихся появляться». Если уж на то пошло (на то, чтобы быть материалистами), то следует признать мышление и производство поэзии — зависящим прежде всего от медиумов (от семиотических до материальных) как средств закрепления знаков, их хранения и обмена ими. Этот материализм означающего делает большими марксистами Малларме и леттрристов, чем апологетов вульгарной социологии.

Но это и поэзия, как уже было сказано, обвенчавшаяся с теорией. Это вызывало подозрения — что основная задача «демистификации референциальной обманчивости языка» носит характер более лингвистический и философский, чем поэтический», что это экспериментальный перехлест в деле саботажа «примитивной кустарной промышленности», что это критика самого современного состояния поэзии, но уже внеположная «собственно поэтическим задачам». <...>
Язык, понятый через Маркса и Витгенштейна, заставлял отбрасывать «референциальность как сбивающий с пути поиск горшочка на конце радуги, полного товара или идеологии».Таким образом, один из главных уроков, который можно было выучить в «школе языка» заключался в том, что политика высказывания может заключаться не только в плане референциальном, чем обычно ограничивается понимание политичности поэзии.

Не избежать в этом номере конфликта с ожиданиями тех, кто привык понимать левую поэзию как рассказ о или призыв к революции (впрочем, даже в этих двух вариантах язык начинает вести себя по-разному, на что стоило бы обратить большее внимание, чем на остающийся неизменным референт). Языковая поэзия — это не намерение сделать язык поэзии сложным, чтобы его не понимал «обычный человек», но скорее попытка рассмотреть саму «обычность», «естественность» как устроенную не так уж и просто (одна из таких моделей в остраняющем пересказе дается Бернстином «Я смотрю в свое сердце и записываю слова, исходящие из него»). Якобы противопоставленная «прямому высказыванию», языковая поэзия может послужить хорошую службу и социальной коммуникации. Да, это обрыв бойкой коммуникации как чреватой идеологической трансмиссией, но обрыв ради установления (условий) новой коммуникации, перехода от другого типа синтаксиса к другому типу общественных отношений, новому социальному синтаксису. Это политическая критика языка, развернутая в поэзии. «В экспериментальной поэзии эстетические поиски изоморфны поискам социальным», а «литературные приемы, приводящие к семантическому сдвигу, имели политическое значение» говорит Лин Хеджинян.

В известном смысле этот номер [Транслит] является опытом не столько литературной историографии, сколько саморефлексии, рекогнисцировки сообщества. Именно поэтому этот выпуск [Транслит] сопровождается коллективным выставочным проектом [см. описание и участников выставки «Текстологии»], работы которого сближают дискурсивные и изобразительные эксперименты.

CОДЕРЖАНИЕ:

АЛЕКСАНДР УЛАНОВ. Промелькнув?
ШАМШАД АБДУЛЛАЕВ. По краю старого дневника
КИРИЛЛ КОРЧАГИН. Распределенная речь: протяженность и дробность в поэзии Драгомощенко
ЕВГЕНИЯ СУСЛОВА. Рефлексивная поэтика Роберта Крили: между языком и мышлением
РОБЕРТ КРИЛИ. Из разных книг (в пер. Е. Сусловой)
МЭРДЖОРИ ПЕРЛОФФ. После языковой поэзии: теоретическое недовольство новым (в пер. Н. Сафонова)
МАЙКЛ ПАЛМЕР. Серия Бодлер (в пер. С. Огурцова, Н. Сафонова)
КИРИЛЛ КОРЧАГИН. Эксклюзивное предложение Рона Силлимана
РОН СИЛЛИМАН. От теории к практике (в пер. К. Корчагина)
                              Политэкономия поэзии (в пер. Н. Артемьевой)
ЛИН ХЕДЖИНЯН. Материалы (вопросы Д. Дьюрич, в пер. Е. Сусловой)
СЕРГЕЙ ОГУРЦОВ. Фрагменты логики видимого;
                                  Кроме тел и языков
ЕВГЕНИЯ СУСЛОВА. Иконы различений
НИКИТА САФОНОВ. Без названия (Повествования 3, 8, 13, 21)
                                  Геометрия срезов: опыт трассирующих проекций
ДЕНИС ЛАРИОНОВ. Демонтаж аттракциона
ЧАРЛЬЗ БЕРНСТИН / НАТАЛЬЯ ФЕДОРОВА. Общие различия
ДЖОН ЭШБЕРИ. Shateau hardware (в пер. Л. Оборина)
ЭММАНУЭЛЬ ОКАР / КРИСТИАН ПРИЖАН. Два письма через океан (в пер. Н. Сафонова)
КЛОД РУАЙЕ-ЖУРНУ. Описательный метод (в пер. К. Корчагина)
ПАВЕЛ АРСЕНЬЕВ. Языковые отношения: страх/страсть
ТАТЬЯНА НИКИШИНА. Морис Бланшо, право говорить от третьего лица
МИШЕЛЬ де СЕРТО. Взятие речи (в пер. П. Арсеньева)
ЭНСЛИ МОРС / БЕЛА ШАЕВИЧ. Свободе есть: все плохо (свободные марксистские странствия по американским литературным полям)
“ТЕКСТОЛОГИИ” (текст куратора А. Каркачевой)
ПАВЕЛ АРСЕНЬЕВ. Примечания переводчика (видео)
АЛЕКСЕЙ КРУЧКОВСКИЙ. Записи А. Кручковского, непонятные ему самому (живопись)
НИКИТА САФОНОВ. Статическая консоль пейзажа (фотограммы)
АННА ТОЛКАЧЕВА. Посвящение Бернстину (видео)
ПОЛИНА ЗАСЛАВСКАЯ. Утварь (смешанная техника)
SUMMARY (пер. Энсли Морс)

Выпуск появится в петербургских магазинах уже на этой неделе, в московских - на следующей. Презентация  - 17 мая в Центре Андрея Белого (о чем будет сообщено дополнительно), следите за обновлениями блога.