May 27th, 2013

запах авангарда

Начинающаяся неделя - в качестве подготовки дискуссионной почвы для выставки к номеру, открывающейся уже в ближайшее воскресенье, - будет посвящена в блоге (2 и 3) художественному авангарду. Первый материал о том, почему "без слов радикального переосмысления визуальной парадигмы не добьешься"

jörg piringer, günter vallaster_a global visuageЗвуковая и визуальная поэзия делалась зачастую теми же людьми, что и абстрактная живопись, и с той же целью — уйти от необходимости представлять некие означаемые в устоявшейся системе репрезентации. Это особенно видно на примере итальянских футуристов и их «освобожденных слов» (parole in liberta), равно как и на красочном примере книги поэта Блеза Сандрара и художницы Сони Делоне-Терк (урожденной Сарры Ильиничны Штерн) «Транссибирская проза и маленькая Жанна французская». Помимо тезиса о медийной взаимосвязанности куратор также попыталась показать, сколь важным было для практически одновременного появления абстракции в разных местах общение единомышленников через «социальные сети» дружеской переписки, совместных путешествий, ранних международных выставок современного (modern) искусства, десятков журналов, альманахов и других изданий, которые способствовали распространению новых идей.

В каталоге выставки «Изобретая абстракцию» этот важный аспект общения — кто с кем обменивался идеями, кто, что, где и когда видел — был показан шире и доступнее, чем в самих залах, но тот факт, что выставка начиналась с простертой на огромной стене диаграммы, представляющей социальную сеть художников, говорит о желании кураторов привнести в современное понимание раннего авангарда ту социологическую ориентацию, которая, как правило, ассоциируется с концептуализмом, но стала на данный момент достоянием всей дисциплины искусствоведения.

<...> с одной стороны, без слов радикального переосмысления визуальной парадигмы не добьешься, с другой — подпускать их слишком близко к холстам и маслу по сей день представляется затруднительным как с практической, так и с философской стороны.

<На выставке было можно> прочитать манифесты, пришпиленные к стене, как в свое время выставлял их Владимир Татлин, или, по крайней мере, найти эти зачастую глубоко поэтичные и поражающие своими амбициями опусы на каком-нибудь айпаде.

На примере раннего модернизма становится очевидным, что, только посетив обе выставки, можно начать понимать всю полноту этого исторического момента — и кто попал в учебники, и благодаря кому и чему (отнюдь не только таланту и глубине концепции) они там оказались. В Йеле второй вопрос был освещен гораздо лучше — на нескольких стендах с письмами, фотографиями и публикациями, которые очеловечивали всех участников художественного процесса.
В 1952 году Дюшан писал об искусстве в письме зятю: «Я верю в оригинальный аромат, но, как и любой другой запах, он испаряется очень быстро (через несколько недель, в лучшем случае несколько лет). Остается только высохший орех, который историки классифицируют как главу в Истории искусства». Ведь там ...хоть чуть-чуть, но все еще чувствуется «запах» авангарда.

http://www.colta.ru/docs/20709