October 4th, 2013

устранение неизвестного

4 октября в 19:00 в Центре Андрея Белого будет представлена книга Аркадия Драгомощенко «Устранение неизвестного», изданная в этом сентябре.

Аркадий Трофимович Драгомощенко (1946–2012) – поэт и прозаик, большую часть своей жизни проживший в Ленинграде и Петербурге и публиковавшийся в самиздате, первый лауреат Премии Андрея Белого в области прозы (1978); переводчик, открывший для русскоязычного читателя целый пласт современной американской поэзии; редактор питерского отделения журнала «Комментарии» (1990–2000).

1265320_273084002816693_1293857405_o«Устранение неизвестного» – книга, состоящая из (условно) прозаических произведений: в нее вошли романы «Фосфор» и «Китайское солнце», а также рассказы-«пьесы» начала 1990-х годов. За основу издания взяты компьютерные файлы текстов, которые были выправлены самим автором уже после их первоначальной публикации. Книгу представит поэт и редактор «НЛО» Александр Скидан. В презентации примет участие Зинаида Драгомощенко – вдова автора, с чьей помощью замысел нового издания удалось претворить в жизнь.

На вечере будет рассказано об особенностях письма А.Т. Драгомощенко, для которого с трудом подбираются определения. Дмитрий Голынко-Вольфсон пишет о «бесчисленной вариативности» текста автора, об отсутствии в нем «завершающей стадии», сравнивает его с «ризомой-грибницей». Михаил Ямпольский, со своей стороны, отмечает, что «правила игры, предлагаемые Аркадием, чрезвычайно сложны, но принятие их может позволить счастливому читателю необыкновенный эмоциональный опыт погружения в себя, в немотствующую глубину падения, не имеющую образов и сотканную из динамики слоящихся нитей и петель». Александр Скидан, написавший предисловие к «Устранению неизвестного», говорит об условности разделения текстов Драгомощенко на поэзию и прозу, об отсутствии в манере автора элемента беллетристики, о его запутанном синтаксисе, из-за которого «к концу теряешь нить и забываешь начало».


Републикуем также подборку материалов, опубликованную в блоке In memoriam в НЛО #121 (3/2013), посвященном Аркадию Драгомощенко.


"Первое, что теперь приходит на ум, — контраст между предельно одинокой, словно бы падающей на дно интонацией его стихов (особенно поздних) и тем вихрем общения, вдохновенно-экстатичной атмосферой симпосия, которую он создавал вокруг себя в публичном пространстве (даже если оно ограничивалось двумя-тремя симпатичными ему людьми). Он был человеком широкого — театрального — жеста, ему нравилось «играть на публику», и он умел это делать взаправду, взахлеб, зажигаясь от любой удачной шутки или неожиданной мысли собеседника. Самые фантастические идеи сыпались из него как из рога изобилия. В такие минуты я чувствовал себя статистом, не успевающим подать нужную реплику. Однажды, по приезде из Новой Зеландии Жени Павлова, за бокалом вина и обсуждением антологии новозеландской поэзии он предложил установить в Антарктиде («Это же рукой подать от Веллингтона!») памятник Морису Бланшо — огромный белый ледяной куб...

Палимпсест в случае Драгомощенко не сводится к интертекстуальности — во-первых, он писал не только на полях, поверх чужих текстов, но и постоянно переписывал, видоизменял собственные. Безостановочный процесс, work in progress, в котором угадывается одержимость темпоральностью акта письма, трансформирующего пишущего и, в конечном счете, предстающего самим «предметом» поэтического исследования (из «Ксений»: «Если это пишется, я не тот, кто»). N.B.: в позднейших вариантах из предпоследней строки исчезает местоимение «мне». Самостирание, а не фетишизация «ego»; метаморфоза, а не пьедестал Произведения; становление, а не стазис. Во-вторых, наслоение разных регистров восприятия, разных лексических рядов, разных модальностей высказывания, разных срезов реальности, даваемых внахлест, симультанно — челночное скольжение между чувственным и абстрактным, знанием и умозрением. И еще более тонкие хроматические переходы от одних органов чувств к другим, от «внутреннего» к «внешнему».

Это натурфилософская, можно сказать, аналитическая поэзия (по аналогии с аналитической философией), но аналитизм ее особого рода. Концептуальный каркас сплетается из сенсомоторных корпускул восприятия, тончайших резонансов и сдвигов, накатывающих волнами и телескопически приближающих к нам саму материю, костную ткань процесса описания цветка, его прорастания в сознании пишущего. Но в финале эта головокружительная феноменология, призматически разлагающая структуру чувственного и когнитивного опыта на ряд дискретных моментов, резко обрывается — как будто надрезали нейронную струну — вторжением обыденно-жуткой реальности.

Но лучше всего обратиться к комментарию (точнее, метакомментарию) самого Аркадия: «Любой вопрос о поэзии включает ее вопрошание о самой себе. И это есть ее основная чистейшая стратегия: действие включения вопрошания в горизонты, которыми она же и является. Постольку, поскольку поэзия состоит не из слов, в ней нет слов, ее дискурс сравним разве что со сквозняком, со сквозным пролетом каждого слова сквозь каждое. Высказывание (то есть то, что улавливается и оседает в структурах знания и что в итоге дает возможность о ней говорить даже сейчас) образует лишь карту направлений, подобно "образу", медленно выгорающему на сетчатке логики. И который воображение в силу своей, той или иной, предрасположенности успевает наделить значимостью. Перфорация памяти» («Фосфор»). Мотив перфорации, скважин, пустот, зияний проходит сквозной нитью в поэзии, прозе, эссе Драгомощенко. «Конспект-контекст» начинается с размышлений о декоративной решетке китайского интерьера и орнаменте, состоящем из дыр; весь роман «Фосфор» строится вокруг скважины-сквозняка воображения; близкие рассуждения есть в «Кратком осязании» и «Китайском солнце». Но если в поэзии эта матричная структура как бы распылена в строфике, графической прореженности стиха, то в прозе она кристаллизуется, выходит на уровень метаописания.

Наконец, он создал совершенно новую форму стихотворения-с-комментарием, когда этот последний, будучи расположен под стихотворением или на соседней странице, обретает автономию, превращаясь в самостоятельный прозаический или философский фрагмент, в то же время образующий с «основным» текстом своего рода симбиоз, обволакивающий его коконом метаязыка, той пористой, пропускающей иное структурой сита или решета, с которой я начал. Так построены большие композиции (или поэмы) «Ужин с приветливыми богами», «Острова Сирен», книги «Ксении», «Под подозрением», многие тексты-шлюзы в «Тавтологии».

«...чтобы речь по-настоящему возникла, жизнь, которой предстоит быть носителем этой речи, должна пройти через опыт своего небытия, стать "потрясенной до основания, и все, что было в ней устойчивого и прочного, должно быть поколеблено". Речь начинается только с пустоты; полнота и уверенность не говорят; тому, кто говорит, всегда не хватает чего-то существенного. Отрицание связано с речью. Я начинаю говорить не для того, чтобы что-то сказать, — это ничто заставляет меня говорить; а само ничто не говорит — оно обретает сущность в слове, и сущность слова — тоже ничто. Эта формула объясняет, почему у литературы такой идеал: ничего не сказать; говорить, чтобы ничего не сказать. Это не мечты, не роскошь нигилизма. Речь обнаруживает, что обязана своим смыслом не тому, что существует, но своей отстраненности от существования и подвергается соблазну сохранять эту отстраненность, достигать негации внутри себя самой и делать из ничто — все»".

Александр Скидан. Сыр букв мел, а также другие материалы блока:

Лин Хеджинян. По ту сторону конечности. Памяти Аркадия Драгомощенко (пер. с англ. А. Скидана)
Шамшад Абдуллаев. О Драгомощенко
Владимир Аристов. «Чтение – не обладание, но просачивание» (попытка встречного движения в стихи АТД)
Михаил Ямпольский. Смерть и память (Опыт неэстетической поэзии Аркадия Драгомощенко)
Анна Глазова. Текучий образ в поэзии Аркадия Драгомощенко
Елена Петровская. Фундамент — пыль (Заметки о поэзии А.Т. Драгомощенко)
Сергей Фокин. Апология тавтологии, или Дружба как усилие в-месте
Аркадий Драгомощенко. Ответы (публикация З. Драгомощенко и Е. Павлова)
Аркадий Драгомощенко. Нейтральные высказывания. Стихотворения последних лет (публикация З. Драгомощенко)

https://www.facebook.com/events/182085881979124/?ref=25
http://theoryandpractice.ru/seminars/53180-kniga-arkadiya-dragomoshchenko-ustranenie-neizvestnogo-4-10